Себя предать не удается.

Ну, что сейчас на дерзкий разум придется? Как много происшествий пронеслось…

Припомнить, что снова не удается, иль вспомнить, — что неожиданно, НО Реализовалось?

И в глубину души собственной спуститься, узреть там Вселенскую Любовь

Желание с Возлюбленным сущностью слиться, и безысходность ожиданья… Вновь…

Вновь я чего-то недопонимаю. Иль недопонимаю я тебя.

Друг дружку опять лаского обнимаем… ну, да, — не отрекаются Любя.

Ну да, себя предать не удается. И нереально прошедшее запамятовать.

И этот сон… когда же он прервется? Действительность ведь должна же кое-где быть?

Давай мы прекратим играть с Судьбою, давай начнем друг дружку, да — жалеть…

Как ранее будь открытым пред собою. Позволь для себя снова меня иметь.

Позволь для себя снова мной восторгаться, попробуй откровенным, ласковым быть,

Желать меня и мною возбуждаться… и разреши для себя меня Обожать.

Ты это запретить для себя пробовал. Снова не вышло. Не судьба…

Снова еще внутри себя не разобрался? Не знаешь, государя иль раба

Ощутить внутри себя для тебя приятней? Рискни, и наконец кем-то стань.

Все станет сходу легче и понятней. Слетит с души терзающая дрянь.

Я разложу костер из влажных ветвей, которые все намокли от слез…

Свет от него покажет сходу, где ты. И кто тебя в такую даль внес?

Любовь моя ко мне тебя поманит, и что-то оборотится в небесах…

И так нам отлично от счастья станет, и слезы навернутся на очах.

И благодарность по нраву прольется, не знаю даже больше у кого…

И Бог, на нас взирая, улыбнется, шепнув мне тихо, — Да, Обожай его.

Учи его Обожать, пока есть силы еще ему чего-то разъяснять,

Доказывай, чтобы неопасно было ему тебя Возлюбленной именовать.

Чтобы это ему опять захотелось. И захотелось, чтоб просто жить.

И вроде бы в жизни, что бы, не крутилось, — Любовь твою сберечь и сохранить.

А я, — прошептает Бог, — тебя избавлю от излишних ожидания часов.

И повелю ему, его заставлю, чтобы оказался он к Любви готов.

Чтобы стал он на Любовь к для тебя согласен. И больше жить он без Любви не сумел.

Да, план мой прост и тем великолепен. Недаром же, — я всевластный Бог.

Возлюбленный мой, Вселенские законы диктуют мне ход следствий и обстоятельств.

Я вижу меж нами все препоны, которые ты придумал один.

А в сути их и не существует. Действительность согласись принимать.

И сердечко признательно возликует, желая вновь меня к для себя придавить.

Ты спросишь, — Отлично для тебя сейчас, по легче, успокоилась сейчас?

Состоялась воля хорошая Господня. Обожать меня вожделеет Ласковый зверек.

Мой драгоценный Медвежонок ласковый, мне данный Мирозданьем и Судьбой.

Союз закономерно неминуемый — в Любви купаться конкретно с тобой.

Стоять с тобою замерев — под вечер, не принципиально, за каким-то там углом,

Прожить с тобой всю жизнь в минутной встрече, счастливую, в Любви, всегда вдвоем.

И ощущать, как вся Любовь земная всецело устремляется на нас.

И знать, что я как до этого дорогая, что ты меня снова от погибели выручил.

То Бог для тебя повелел, и то позволил, хоть сам ты упирался, что есть сил.

Так лгал для себя и так себя неволил, но… ты меня, Возлюбленный, Полюбил.

И верно, мой Лучик в небе ясном. Обожай уже. Пора пришла начать.

Ведь спорить с волей Господа небезопасно... Ведь нам за все придется отвечать.

Марина Полякова